В момент частичной трансформации Гаара теряет остатки человеческого самоконтроля. Его и без того шаткая психика рушится под напором чакры Шукаку. Голос биджу в его голове становится оглушительным, требуя крови и разрушения. Гаара перестаёт различать друзей и врагов — он атакует всё, что движется. Его обычная холодная жестокость сменяется животной яростью, лишённой всякого расчёта. Он издаёт нечленораздельные крики, смешанные с рёвом зверя. При этом в редкие мгновения просвета он испытывает не боль, а экстаз от собственной мощи — он наконец становится тем «абсолютным оружием», которое от него хотели.